III Всероссийский (с международным участием) интердисциплинарный научно-практический симпозиум «Медицинская антропология: проблемы, методы, исследовательское поле» (28–30 июня, г. Москва)

Харитонова В.И.[1]

В конце июня (28–30) в Москве состоялся III Всероссийский (с международным участием) интердисциплинарный научно-практический симпозиум «Медицинская антропологи: Проблемы, методы, исследовательское поле». Он  был инициирован российской Ассоциацией медицинских антропологов (АМА). Его основным организатором стал Институт этнологии и антропологии им. Н.Н. Миклухо-Маклая РАН (ИЭА РАН; группа медицинской антропологии), соорганизаторами – Первый Московский государственный медицинский университет им. И.М. Сеченова (Первый МГМУ) и Московский государственный медико-стоматологический университет им. А.И. Евдокимова (МГМСУ), а также Институт традиционной восточной медицины (ИТВМ; Москва); информационную поддержку осуществлял журнал (электронное издание) «Медицинская антропология и биоэтика», сайт Ассоциации медицинских антропологов (www.amarussia.ru) и сайт ИЭА РАН (www.iea-ras.ru); финансовая поддержка была оказана Российским фондом фундаментальных исследований (РФФИ, проект № 15-06-20452г).

Третий симпозиум был закономерным продолжением первого Всероссийского симпозиума «Медицинская антропология в России и за её пределами» (3–5 июля 2013 г., Москва), ставившего своей целью объединение широкого интердисциплинарного круга специалистов, обращающихся к исследованию проблем медицинской антропологии. На этом симпозиуме 5 июля впервые было образовано российское сообщество медицинских антропологов, которое в ноябре 2013 г. зарегистрировалось как НКО «Ассоциация медицинских антропологов» (учредительные документы и устав см. на сайте АМА: www.amarussia.ru).

По инициативе АМА 30–31 октября 2014 г. был проведен II Всероссийский симпозиум «Здравоохранение в фокусе медицинской антропологии: риторика, практика и культуры здоровьесбережения» (г. Саратов; соорганизаторы: АМА, Саратовский государственный технический университет им. Гагарина Ю.А., ИЭА РАН).

Цель третьего симпозиума – обсуждение широкого круга проблемно-методологических, теоретических и научно-практических вопросов, имеющих отношение к медицинской антропологии. При этом сверхзадачей деятельности остается объединение специалистов разного научного профиля в целостное научное направление, а также обсуждение вопроса о перспективах подготовки специализированных научных кадров – медицинских антропологов: ученых и практиков, в России.

Надо отметить, что число желающих участвовать в работе мероприятий заметно увеличивается от одного симпозиума к другому: на третий симпозиум было получено более 150 заявок; к участию приглашены 135 специалистов, преимущественно из РФ, но наряду с ними и ученые из разных стран мира (в т.ч. из США, Канады, Перу, Австралии, Польши, Италии, Эстонии, Болгарии, Венгрии, Кыргызстана). К сожалению, не все приглашенные смогли приехать лично, однако частичное общение онлайн (которое, кстати, основательно удешевляет проведение мероприятий) совсем не мешало научной работе.

Симпозиум начался с научно-практических мероприятий: посещения лаборатории разработки и доклинических исследований лекарственных средств НИИ фармации Первого МГМУ им. И.М. Сеченова (зав. лаб. к.фарм.н., доц. Л.А. Павлова), где собравшимся была предложена программа знакомства с методами и особенностями работы лаборатории, и Института традиционной восточный медицины (научный консультант – д.м.н., проф. В.Н. Потапов) – клиники интегративного типа, где участники симпозиума имели возможность наблюдать работу специалистов разного профиля и услышать подробный рассказ об особенностях деятельности такого современного учреждения.

Два последующие дня были наполнены традиционной для научных мероприятий работой: выступлениями собравшихся с докладами и дискуссиями на заявленные в названиях секций темами. Симпозиум отличался от привычных научных собраний тем, что в его работе сочетались методы стационарных и онлайн заседаний. Впрочем, два пленарных заседания (открытие симпозиума и подведение итогов его деятельности) были традиционны.

На торжественном открытии симпозиума (его открыла Председатель оргкомитета г.н.с. ИЭА РАН, рук. гр. медицинской антропологии и Президент Ассоциации медицинских антропологов д.и.н. Валентина Ивановна Харитонова) присутствовали гости из медицинских университетов-соорганизаторов. Собравшихся приветствовали: проректор по научной работе МГМСУ им. А.И. Евдокимова к.и.н., доц. Елена Алексеевна Вольская, проректор по научной и инновационной деятельности Первого МГМУ им. И.М. Сеченова д.м.н., проф. Владимир Николаевич Николенко, а также представитель кафедры истории медицины, истории Отечества и культурологи Первого МГМУ им. И.М. Сеченова д.м.н., проф. Михаил Никонович Козовенко; от Ассоциации медицинских антропологов – вице-президент АМА д.филос.н., проф. Дмитрий Викторович Михель (декан социально-гуманитарного ф-та Саратовского государственного технического университета им. Гагарина Ю.А., – СГТУ) На пленарном заседании прозвучали 3 доклада из 5 запланированных[2] (2 были перенесены за заседания секций, поскольку дискуссии вокруг звучавших выступлений не позволили уложиться в отведенное для пленарного заседания время). На первом пленарном выступили: Михель Д.В. «Политико-экономическое направление в медицинской антропологии», Лехциер В.Л. «Линда Гарро и её медицко-антропологические исследования», а также наша гостья из Кыргызстана Молчанова Е.С. «Культурная валидность западных психодиагностических инструментов, измеряющих тяжесть посттравматического стресса».

В рамках симпозиума работали (параллельно, в 3-х разных залах, оборудованных для онлайн заседаний) в общей сложности 12 секций. В целом на симпозиуме было заслушано и обсуждено около сотни докладов. Во многих секциях состоялись интересные дискуссии как вокруг отдельных выступлений, так и по обозначенным темам секционных заседаний. В рамках мероприятия, направленного на научную интеграцию и конвергенцию, специалистам различных научных областей важно было услышать и правильно понять друг друга. В большинстве секций было отмечено и стремление к взаимопониманию, и наличие его. Однако иногда разница в подходах и оценках ситуаций разделяла медиков и представителей гуманитарного знания.

Одним из важных пожеланий, высказанных в дискуссиях, было стремление специалистов не просто собираться регулярно на подобные мероприятия, где в интердисциплинарном кругу можно многосторонне обсуждать различные научные и жизненно важные социо-гуманитарные проблемы, но желание вести совместные исследования и представлять на обсуждение их результаты.

Секционное многотемье было вызвано как назревшей необходимостью в обсуждении обозначенных проблем, так и важностью в кооперировании специалистов. Надо было, чтобы, например, этнофармакологи могли пообщаться на одной площадке с этнографами, исследующими использование растений в пищевом рационе и в лекарственной практике, а медики выслушали по многим вопросам мнения биоэтиков, медицинских антропологов и социологов и совместно обсудили сложности в здоровьесбережении и лечебных практиках; чтобы те, кто исследует проблемы репродукции и родов в наши дни, обращаясь преимущественно к ситуации в крупных городах, услышали о традициях разных народов в этой сфере и получили сведения о том, каким образом эти традиции сохраняются в современных сообществах; чтобы занимающиеся вопросами реформирования здравоохранения и его последствиями для жителей страны обратили внимание на наличие неконвенциональных медицинских систем, до сих пор активно развивающихся у нас, и процессы интеграции, идущие преимущественно в сфере восстановительной медицины. Взаимообогащение знаниями – основная задача любого научного мероприятия – в нашем случае было особенно важно ещё и в силу того, что медицинская антропология как научное направление во многом ориентирована на западный опыт, поскольку возникла она в её социо-культурном варианте в США в конце 1960-х – начале 1970-х годов, т.е. почти на полстолетия раньше, чем у нас, где до недавнего времени была более популярна, в силу разных причин, медицинская этнография (фольклорно-этнографическое описание народной медицины) и отдельно развивающаяся в сфере биолого-медицинских наук физическая медантропология.

В этом отношении для собравшихся на симпозиум был ценен опыт западных коллег, рассматривающих сформировавшуюся ныне ситуацию в их странах как в сфере здравоохранения и в целом здоровьесбережения, так и в научно-исследовательской практике. Показательно, что ни одна из развитых стран не смогла полностью отказаться или избавиться от дополнительных медицинских систем (народных, базирующихся на устной традиции; традиционных, использующих письменно передаваемое научное знание разных времен, в первую очередь средневековья; неосистем, формирующихся в современной практике на основе возрождаемого и трансформируемого знания прошлого). Аналогична ситуация и в нашей стране, однако у нас она осложнена специфически организованной полиэтничностью, сопровождаемой не только естественной многокультурностью и многоконфессиональностью (что также, как известно, имеет прямое отношение к особенностям здоровьесбережения и традиционных медицинских практик), но и процессами, возникающими в сфере здоровьесбережения вследствие глобализации современного мира, в результате мощного обмена знанием, увлечения иноэтничными традициями оздоровления и модными современными психотерапевтическими практиками разного рода. Всему этому способствует «медицинский туризм», распространяющийся не только на биомедицину (в поисках качественного оказания медицинской помощи), но и в значительно большей степени на альтернативные медицинские (магико-медицинские, религиозно-медицинские и т.п.) практики.

Важность активного развития медицинской антропологии как научного направления и научно-консультативной сферы деятельности в наши дни очевидна. Видимо, поэтому симпозиум собрал представителей столь разных профессий и областей научного знания: в стенах Института этнологии и антропологии РАН в эти дни совместно работали врачи, биологи, фармакологи, антропологи, этнологи, этнографы, религиеведы, фольклористы, социологи, нейрофизиологи, психиатры, психологи, философы, биоэтики и даже священнослужители. Столь мощный интерес к нашей проблематике понятен, как понятно и то, что ситуация с развитием медицинской антропологии в стране несколько отстает от уровня, который нам необходим в настоящее время. Происходит это в первую очередь потому, что у нас нет специализации по медицинской антропологии: ни в собственно научных дефинициях не значится медицинская антропология (была ранее в списках ВАК, но в отношение очень узкого аспекта – раздела медицинской антропологии в сфере биологических наук), ни среди направлений образовательной подготовки ее нет. Именно поэтому вопрос о подготовке практиков и теоретиков в этой сфере, как и узаконивание соответствующих специальностей в стране, стал ключевым, активно дискутируемым в работе третьего симпозиума. Однако начался симпозиум с обсуждения теоретико-методологических проблем в русле историографического исследования.

В первой секции «Медицинская антропология как научное направление: теоретико-методологические аспекты, современные методы и теоретические концепции» (модераторы: д.филос.н. Михель Д.В. и д.филос.н. Лехциер В.Л.) было заслушано и обсуждено 4 доклада.

В докладе А.Г. Кузнецова (Волгоград) «Антропология клинической медицины Аннемари Мол» были проанализированы антропологические представления голландской исследовательницы, касающиеся феномена биомедицины. Непосредственным предметом обсуждения стали ее идеи о клинике как институте, в рамках которого функционируют биомедицинские знания и технологии, накапливаются материальные ресурсы, действуют по особым правилам индивиды – доктора, медицинский персонал, пациенты, администрация. В докладе были сформулированы ключевые для ее творчества и для актуальной медицинской антропологии в целом концептуальные оппозиции: лаборатория / клиника, логика заботы / логика выбора. Особую дискуссию после доклада вызвало понятие «забота»:  достаточно ли указания на простую эмоциональную составляющую медицинского опыта, схваченную в этом понятии? насколько оно может быть формализовано, операционализированно в рамках биомедицинских практик, насколько оно релевантно не сентиментально трактуемой медицинской этике? Было отмечено, что творчество Мол – это пример эмпирической «ситуативной философии медицины», то есть философии, основанной на анализе конкретных медицинских случаев без искушения методом генерализации.

В докладе профессора И. Лазара (Будапешт, Венгрия) «Онтологический поворот Б. Латура и модель “человек – среда – организация”: медицинская антропология в контексте экологии человека», который прозвучал в режиме онлайн, были изложены основные идеи французского социолога и антрополога Бруно Латура, касающиеся его актантно-сетевой теории. По мнению И. Лазара, концепция Латура весьма плодотворна для современной антропологии биомедицины, в особенности для медико-экологических исследований деятельности биомедицинских лабораторий, в рамках которых врачам и ученым приходится действовать не только в особом административно-организационном контексте, но и в контакте со специфическими актантами – приборами, устройствами, животными, культурами микроорганизмов и т.д. В ходе доклада обсуждалась возможность применения в медицинской антропологии акторно-сетевой теории, вокруг которой сегодня идут большие споры. Теория Латура, подчеркивающая активную роль вещей в человеческих взаимодействиях и раскрывающая различные формы гибридности человека и машины, может быть применена для анализа тех ситуаций в биомедицинских практиках, где эта гибридность имеет значение: реанимация, лаборатория, трансплантация искуссвенных органов и т.д.

В сообщении Д.Ю. Сивкова (Волгоград), посвященном анализу современных антропологических теорий иммунологии («Как делают иммунные системы? Антропологические исследования иммунологии»), обсуждались взгляды Донны Харуэй, Бруно Латура, Эмили Мартин и ряда других авторов. С точки зрения Д.Ю. Сивкова, такой научный объект как иммунологическая система является в то же время и культурной конструкцией, которая создается с помощью текстов и визуальных образов. В целом доклад был посвящен проблеме визуализации иммунных систем в биомедицине и обыденном сознании. Автор обратил внимание на популярность и влияние иммунологии как дискурса, объясняющего болезнь, здоровье, жизнь и смерть. Он показал контроверзы между схематическими изображениями иммунной системы и микрофотографиями, отметив, что, во-первых, нет единства схематических изображений иммунной системы, во-вторых, схематические изображения (восходящие к классической модели Ф. Бернетта) выступают «золотым стандартом» для микрофотографий, которые считаются «последним свидетельством истины».

В докладе А. Саркара (Дели: Индия), сделанном в онлайн режиме, обсуждался вопрос о корреляции между голодом и смертностью, а также о том, как медицинская антропология прибегает к данным эпидемиологии; доклад продемонстрировал возможности социально-эпидемологического подхода к анализу болезней и смертности. Использование медицинской статистики в медико-антропологических исследованиях – один из современных вариантов работы, позволяющих дополнять антропологические методы, наряду с включенным наблюдением и интервьюированием разного рода.

Профессора В.Л. Лехциер (Самара) и Д.В. Михель (Саратов), которые руководили работой секции, обратили внимание на то, что во всех прозвучавших докладах медицинская антропология была представлена как динамично развивающееся научное направление, опирающееся на разнообразные концепции и методы получения данных. Все доклады были очень высокого теоретического уровня, в них был озвучен целый ряд методологических возможностей и теоретических оснований современной медицинской антропологии. Судя по активности дискуссий, они вызвали большой интерес у собравшихся.

Секция № 2 «Социокультурные исследования репродукции и родов» (модераторы: Ph.D Тёмкина А.А. и к.и.н. Курленкова А.С.) работала очень продуктивно. Доклады, представленные там (часть в онлайн режиме), были сгруппированы в два направления: современные социолого-антропологические исследования и этнографо-этнологические экскурсы в историю проблематики. Они были посвящены обсуждению результатов конкретных социологических и антропологических исследований репродуктивной сферы в современной России. В фокусе исследований – административные реформы (А.А. Новкунская), новые технологии и разные модели родовспоможения (О.О. Мельникова), платные услуги и нехватка доверия (А.А.Темкина) в роддомах, движение за «естественное родительство» (А.А. Ожиганова), восприятие донорства яйцеклеток (А.С. Курленкова), оправдание суррогатного материнства (Т.Ю. Ларкина) и практики ЭКО (Н.А. Купряшина). Общий контекст задается трансформацией репродуктивной сферы / политики, либерализацией родовспоможения, его коммерциализацией, де/медикализацией, распространением новых технологий и актуализацией биоэтических вопросов в современной России.

В центре внимания исследователей находились, в первую очередь, преобразования, происходящие в роддомах, коммерциализация и административные реформы, новые социальные практики и технологии, «технологическая» и «естественная» / холистическая модель родовспоможения. Эти исследования показывают наличие больших вариаций в различных институциональных устройствах, ресурсном обеспечении и подходах. Платные услуги создают возможности выбора и новые способы взаимодействий между женщинами / родителями и медицинскими работниками. Женщины стремятся персонифицировать отношения в роддоме, поскольку не доверяют ни государственным институтам, ни имперсональным социальным ролям медиков. Лейтмотив историй рожениц – «страх родов». Одомашнивание отношений не только способствует уменьшению страха и созданию нового, более мягкого стиля общения, оно также маскирует рыночные эффекты неолиберальной экономики (Темкина А.А. «Репродуктивный сервис как «супермаркет»: коммерциализация, переговоры и демедикализация»; Санкт-Петербург). Практики выбора роддома и профессионального обслуживания во время родов обеспечены ресурсами, которых во многом лишены врачи и пациенты в малых городах России. В ходе проводимой реформы учреждений специалисты лишаются автономии и доступа к административным и материальным ресурсам, усиливается зависимость учреждений от вышестоящих организаций и патерналистский стиль взаимодействий. Процессы модернизации обращаются к прошлому, ориентируясь на советскую систему здравоохранения, либерализация роддомов в малых городах обретает авторитарный характер (Новкунская А.А. «Специфика организации родовспоможения и особенности её изменений в малых городах России»; Санкт-Петербург).

Усиливается дифференциация не только на уровне регионов / институтов, но и на уровне концепций, полюса которых исследователи обозначают как «технологическая» и «естественная» модели. Применение подхода social construction of technology на примере анализа использования эпидуральной анестезии (ЭА) в родах позволяет показать конкуренцию этих моделей. При технологическом подходе ЭА интерпретируется как лекарство и способ обезболивания, риски медикализируются и контролируются, а забота обретает технологический характер. При естественном подходе ЭА выступает антитезой проживанию боли как естественному природному процессу, индивидуальному труду женщины и важнейшему опыту переживания родов (Мельникова О.О. «Технологии в современных роддомах: социальные практики и переговоры по поводу применения эпидуральной анестезии»; Томск).

Альтернативные практики и концепции естественных родов связаны также с естественным родительством и домашними родами. Их распространение – одно их следствий недоверия к государственным институтам и социальным ролям в роддомах («терапевтический нигилизм»), а также следствие неудовлетворенности технологическими / медикализированными моделями родовспоможения. Естественные роды признаются важной духовной практикой женщины, влияющей на все последующие контакты с ребенком, тем самым утверждая модель «правильного материнства». Естественное родительство / роды также становятся объектом коммерциализации и рекламы, а взгляд на женщину далеко не всегда является холистическим (Ожиганова А.А. «Движение за «естественное родительство» и терапевтический нигилизм»; Москва).

Второе направление дискуссии связано с обсуждением новых технологических возможностей репродукции и ВРТ (донорство яйцеклеток, суррогатное материнство, ЭКО), их коммерциализацией и новыми этическими вызовами. Европейские этические документы не рассматривают донорство яйцеклеток как «куплю-продажу»; оно, скорее, наделяется смыслом безвозмездного дарения (при компенсации расходов) или альтруистической солидарности и эмоциональной связи. Однако к донорству, как показывает полевое исследование А.С. Курленковой («Политики и практики восприятия доноров яйцеклеток в разных национальных контекстах (на примере России и Великобритании)»; Москва), женщин подталкивает бедность (как на индивидуальном уровне, так и на уровне сообществ) и проблемные жизненные ситуации. Поэтому, исходя из феминистского и политэкономического подхода, донорство, скорее, должно рассматриваться критически как «репродуктивный / биомедицинский труд» на неолиберальном рынке, а не как безвозмездный дар яйцеклеток в риторике универсалистских прав человека.

Суррогатное материнство – еще одна дилемма. Критическое отношение к товаризации человеческого тела (вынашиваемого ребенка) влияет на его интерпретацию. Исследование логики оправдания (на основе подхода Болтански и Тавено), которую выстраивают специалисты клиник и юридические агентства, показывает, что ребенок не считается товаром по причине отсутствия генетического родства с суррогатной матерью (она не может продать то, что ей не принадлежит). В соответствии с логикой оправдания, генетические родители должны подтверждать свою социальную компетентность в качестве будущих родителей, суррогатная мать не должна иметь ярко выраженного «материнского инстинкта», а взаимодействия между генетическими родителями и суррогатной матерью должно быть сведено к минимуму (Ларкина Т.Ю. (Москва) «Логика определения услуги суррогатного материнства в России»).

ЭКО – еще одно направление дискуссии, в котором акцент был сделан на то, кто из клиентов сталкивается с наибольшими проблемами. Женщины, вступающие в программу ЭКО, испытывают на себе медицинскую агрессию, сталкиваются с неэтичным поведением врачей, давлением близких и негативным отношением общества (Купряшина Н.А. (Москва) «Современная семья и ВРТ»).

Итак, в репродуктивной сфере распространяются рыночные отношения и неолиберальные подходы, усложняются институциональные структуры и профессиональные роли, изменяются концепции материнства и позиции женщин. В области новых репродуктивных технологий возникает разрыв между существующим российским законодательством и реальными представлениями и практиками, связанными с применением этих технологий (официальная риторика «донорства яйцеклеток» и реальные рыночные мотивации доноров; определение родства как биологических связей на уровне закона и как общность генетического материала на уровне логик самих клиник). Усложняется понимание рынка, например, представление о том, существует ли «репродуктивный рынок», «репродуктивный / биомедицинский труд», какие возможности и риски сопряжены с ними, чей труд или «биологический материал» и на каких условиях может быть использован. Трансформируются существующие институты репродуктивной сферы, возникают новые организации, обеспечивающие ВРТ, а также альтернативные движения. Изменяются профессиональные роли и подходы управленцев, акушеров-гинекологов, акушерок, анестезиологов, репродуктологов, генетиков и других медицинских работников, а также помощников в родах. Изменяется положение пациенток / клиенток репродуктивной сферы, усложняются концепции материнства / родительства, включая проблематизацию генетического и социального родства. Конкурируют концепции технологического и естественного родовспоможения. Идет своего рода соревнование между разными трактовками «правильного» материнства / гендерной идентичности, связанными с предписаниями того, что и как женщины должны делать и переживать при бесплодии, беременности, родах, взаимодействии с медицинским персоналом или при осуществлении «репродуктивного труда».

Группа докладов этнографического характера была представлена традиционными для этой тематики сообщениями (Васеха М.В. (Москва) «Практики плодоизгнания в условиях демографической модернизации в 1920-х гг. (на материалах Западной Сибири)», Петрова В.А. (Якутск) «Беременность и роды в условиях кочевой жизни (на примере коренных малочисленных народов северо-востока России)», Каландаров Т.С. (Москва), Юсуфбекова З. (Душанбе: Таджикистан) «К проблеме трансформации традиционных медицинских знаний о женском бесплодии у шугнанцев Западного Памира»). Каждая работа основана на архивных данных и большом полевом материале, собранном самими авторами.

Третья секция посвящена теме «Стигма и социальное неравенство» (модераторы: д.м.н. Беляева В.В. и к.филос.н. Исаева Ю.А.).

Задачей секции было обсуждение широкого круга научно-практических, концептуальных и методологических аспектов медицинской антропологии, поиск «точек соприкосновения» специалистов, работающих в медицинской, психологической, социальной парадигмах. Заявленные выступающими темы явились своего рода индикаторами актуальности феноменов современного междисциплинарного исследовательского пространства. Наибольшее число презентаций были так или иначе связаны с инфекцией, вызываемой вирусом иммунодефицита человека (ВИЧ), наркопотреблением, состоянием здоровья и практиками его поддержания трудовыми мигрантами.

В целом можно выделить 3 основных тематических блока, в рамках которых общались собравшиеся: проблемы, связанные с ВИЧ инфекцией и СПИДом; миграционные процессы и доступность медицины; стратегии взаимодействия больных и врачей. К сожалению, количество заслушанных докладов (9), понятный энтузиазм каждого выступающего, стремление донести до присутствующих результаты своих исследований не позволили провести подробное обсуждение и дискуссии, чтобы удовлетворить тех присутствующих, у которых возникали вопросы; однако каждый доклад вполне заслуживал этого.

В презентации «Саноцентрический подход к формированию желательного поведения на модели инфекции, вызываемой вирусом иммунодефицита человека (ВИЧ)» авторами (Беляева В.В., Орлова М.О.; Москва) была предпринята попытка ознакомить аудиторию с причинами недостаточной эффективности патоцентрического подхода к противодействию распространения ВИЧ-инфекции в России, обосновать необходимость продвижения базовой установки на поддержание здоровья и изменение поведения на менее опасное в контексте данного заболевания. Будучи сложным, био-психо-социальным феноменом, ВИЧ-инфекция является тем полем, где необходимо безотлагательное объединение междисциплинарных усилий, в противном случае распространение заболевания может привести к существенным негативным последствиям в различных областях не только индивидуальной, но и общественной жизни России.

Выступление А.Н. Андреева (Москва) «Риск и ответственность людей, живущих с ВИЧ-инфекцией: от получения диагноза до включения в социальные институты» содержало данные, полученные при интервьюировании лиц, живущих с ВИЧ, в процессе общения с ними в условиях групп взаимопомощи. В фокусе научных интересов автора находился вопрос раскрытия людьми, живущими с ВИЧ, своего ВИЧ-позитивного статуса. Действительно, процесс адаптации ВИЧ-позитивных людей к своему диагнозу представляет собой длительный, часто травматичный, процесс и исследовательский интерес автора к важному вопросу раскрытия статуса является вполне закономерным. Однако некоторые утверждения его свидетельствовали о недостаточном владении автором информацией по теме исследования. Мнение А.Н. Андреева о том, что распространение ВИЧ в популяции мужчин, имеющих сексуальные отношения с мужчинами, находится в России на относительно стабильном уровне, не соответствует реальности, при этом его ссылка на «данные Федерального центра СПИДа» выглядит неубедительно. Огорчает тот факт, что этот тезис автора вызвал поддержку присутствующих. Опыт работы с задачей оповещения партнеров свидетельствует о том, что проблема раскрытия статуса имеет четкие гендерные особенности, что, к сожалению, также не прозвучало в докладе. Можно предположить, что общение автора не только с членами сообщества, но и специалистами, непосредственно работающими в области ВИЧ-инфекции, будет способствовать оптимизации его исследовательской деятельности. Доклад был сделан на материале незавершенного социологического исследования закрытых социальных групп, членами которых становились люди с ВИЧ положительным статусом. Используя методы невключенного наблюдения и интервьюирования респондентов, докладчик выделил некоторые внутренние паттерны поведения, условия вхождения в группу и пребывания в ней.

А.В. Дмитриева («”Демонизация” фигуры врача как последствие «карательной» медицины: особенности взаимодействия уличных потребителей наркотиков и медицинских работников»; онлайн; Санкт-Петербург) поделилась с присутствующими результатами интервью, которые были проведены в Москве с наркопотребителями. В зале, в силу технических причин, можно было только слышать голос автора. Из приведенных данных следовало, что потребители инъекционных наркотиков обнаруживают ряд барьеров к получению ими медицинской помощи в отношении лечения как зависимости, так и ВИЧ-инфекции, подвергаются дискриминации по признаку наличия аддиктивного поведения в анамнезе. В свою очередь, пациенты «демонизировали» врачей как представителей «карательной медицины». Тезис, приведенный в изложенном автором «кейсе», смысл которого сводился к тому, что респонденту было комфортнее находиться в тюрьме, чем на свободе, соответствует реальности и не вызывает удивления. Запрос респондентов на получение медицинской помощи в более полном объеме в условиях пребывания в системе исполнения наказаний, также является ожидаемым. Приходится признать, что, к сожалению, наличие ВИЧ-инфекции и наркологического анамнеза не является основанием для создания специальных условий диспансерного наблюдения и лечения ВИЧ-инфекции, в том числе в местах лишения свободы. Доклад был сделан на основе обстоятельного социологического исследования и демонстрировал, каким образом выстраиваются взаимоотношения людей с наркотической аддикцией и медицинских работников. Указывалось, что стигматизация данной аддикции способствует демонизации фигуры врача, который начинает восприниматься потребителями наркотиков не как податель помощи, а как судья и каратель.

Ю.А. Исаева (Нижний Новгород) в докладе «Социокультурная контроверсия и ее роль в осмыслении проблемы СПИДа» представила данные, полученные в процессе интервью с женщинами-мигрантами. Базовый тезис, сформулированный автором, заключался в том, что «мы до сих пор не знаем, откуда взялся СПИД». Полученные в процессе исследования результаты, свидетельствовали, что респонденты, в силу культурных особенностей (кодов), не практикуют формы поведения, менее опасные в отношении заражения ВИЧ. К сожалению, в своем выступлении автор ограничилась констатацией полученных сведений, что, по-видимому, было связано с дефицитом времени. Рекомендации по профилактике рискованного поведения в уязвимой группе женщин-мигрантов, полученные на основании проделанной работы, представили бы большой практический интерес. С целью снижения барьера в отношениях со специалистами, работающими в медицинской парадигме, можно просить автора в будущем использовать современный общепринятый термин: «ВИЧ-инфекция». Базовый тезис в формулировке, которая гласит, что «мы не знаем, откуда взялся СПИД», также может вызвать закономерное сопротивление медицинской аудитории, что не будет способствовать восприятию результатов исследования, представляющих большой интерес.

Доклад Ю.А. Исаевой сделан на основе обстоятельного социологического исследования; он концентрировался вокруг идеи о необходимости большой уточняющей работы в связи с выработкой желательной модели поведения, служащей барьером для ВИЧ-инфекции. Анализ других исследований и результаты своего собственного утвердили докладчицу в мысли, что не существует монолитного представления о СПИДе не только в науке, но и в рамках различных культурных стереотипов. В ходе аргументации позиции были предложены 2 социокультурные модели СПИДа, одна из которых распространена на Западе и в России, а другая – в Средней Азии.

Д.С. Кашницкий (Москва) познакомил присутствующих с проявлениями феномена социальной эксклюзии на примере доступа трудовых мигрантов Москвы к получению медицинской помощи («Социальная исключенность мигрантов из Средней Азии – на примере доступа к медицинской помощи в Москве»). Представленные данные вызвали большой интерес аудитории, т.к. многие сведения отличались новизной. Доклад был сделан на основе обстоятельного социологического исследования, в ходе которого проанализированы разнообразные социальные факторы, затрудняющие получение медицинской помощи мигрантами, а также отдельные стратегии, направленные на ее получение. Подчеркивалось, что основными барьерами к получению медицинской помощи, являются плохое знание мигрантами русского языка, их скудная информированность относительно своих прав, тяжелые социальные условия, в которые они попадают в России. Кроме того, докладчик показал, что мигранты пытаются решать данные проблемы и в ряде случаев создают весьма действенные стратегии получения медицинской помощи, ярким примером чего служат так называемые «киргизские больницы».

Бейджи Хашаяр (Беркли: США) в режиме онлайн познакомил аудиторию с идеей смещения субъект-объектных позиций в проводимом им исследовании («В поисках заразного мигранта: педагогические результаты профилактики здоровья между Россией и Таджикистаном»). Согласно его концепции «народного исследования», сами трудовые мигранты будут вести наблюдения за различными процессами существования в условиях пребывания в чужой стране. Предложение автора, по-видимому, отличалось новизной и нашло поддержку аудитории. Докладчик представил результаты своих исследований социальных программ в таджикских культурных центрах, направленных на репрезентацию СПИДа. Подчеркивалась роль визуализации в выработке желательного поведения, препятствующего ВИЧ инфицированию. Хашаяр Б. указал также, что в этом процессе важную роль играют традиционные культурные коды.

Магдалена Кожевникова (Москва / Варшава: Польша) поделилась с присутствующими опытом применения оппозиции «свой – чужой» в межкультурной социальной работе («Переживание “своего” и “чужого” на примере межкультурной социальной работы»). Докладчица сквозь призму философской рефлексии и на основе базовой оппозиции «Свой – Чужой» рассмотрела организацию социальной работы, предполагающей активную межкультурную коммуникацию. Ею были выявлены факторы как способствующие успешной социальной работе, так и затрудняющие ее. Интересный акцент на невербальном аспекте межкультурных коммуникаций, тенденция автора к поиску возможностей сближения представителей разных культур на примере социальной работы, уверенное владение материалом исследования позволил М. Кожевниковой привлечь и удержать внимание аудитории.

Е.К. Соколова (Москва) изложила результаты попытки провести анализ интернет-площадок и сообществ людей, затронутых проблемой аутизма («Аутизм: виртуальные площадки и сообщества»). Тема выступления отличалась значимостью и новизной, однако недостаточное владение медико-педагогическим аспектом проблемы, методологическая ориентация автора на зарубежные конструкты без учета особенностей состояния вопроса в России, тенденция к односторонней интерпретации полученных данных, привела к известной конфронтации с медицинской частью аудитории. Вероятно, дальнейшее продвижение данной темы нуждается в более четком методическом планировании и обсуждении при участии компетентных специалистов, имеющих опыт медицинской, психологической, педагогической, социальной помощи таким пациентам.

А.С. Нелюбина («Школа для пациентов как средство повышения приверженности терапии»; Москва) изложила аудитории некоторые результаты собственных исследований, посвященных формированию приверженности людей лечению гипертонической болезни в формате «школы пациентов». Остановившись на недостатках традиционных методик мотивирования пациентов на длительный прием лекарств, автор рассказала об используемых ею приемах, среди прочих включающих «мифологизацию» и «метафоризацию» лечения. Задача формирования желательного поведения человека в отношении приема лекарств отличается актуальностью, активно разрабатывается, и можно приветствовать усилия автора в данном направлении. С другой стороны, высказанный исследовательницей упрек в адрес врачей-кардиологов, которые говорят о том, что используемые методики основаны на «обмане» пациента, свидетельствует о недостаточном взаимодействии представителей психологической и медицинской парадигм, что не идет на пользу общему делу. Врачебная деятельность регламентируется законодательно, любое вмешательство требует получения добровольного информированного согласия. С этой позиции термин «мифологизация» лечения вызывает закономерное сопротивление медицинской аудитории.

Исследование А.С. Нелюбиной было сконцентрировано на психологических аспектах и посвящено проблеме установления успешной коммуникации между врачами и их пациентами. Выступавшая подчеркнула, что современные отечественные школы здоровья довольно часто не учитывают роль отдельных психологических факторов, в результате чего при создании желательной модели поведения возникает стратегия запугивания («не будете пить лекарство – умрете!»). Докладчица показала, что действенность подобной стратегии ограниченна, и подчеркнула необходимость формирования более глубоких механизмов коммуникации, учитывающих разнообразные психологические аспекты.

По-видимому, общим «слабым» местом большинства представленных работ явилась недостаточность междисциплинарного компонента, некоторая обособленность от медицинской парадигмы, вследствие чего энтузиазм исследователей затрачивался в некоторых случаях на «повторение пройденного»; в отдельных вопросах вместо желаемого сближения это может привести к прямо противоположному эффекту.

Многие представленные на заседании секции исследования выполнены в констатирующей манере, резюмирующая часть в некоторых случаях не содержала рекомендаций по использованию полученных результатов, что было непривычно медицинским работникам.

Проведенная работа секции наглядно показала, что при наличии запроса и готовности к взаимодействию (что можно определить, проведя соответствующее исследование) усилия могут быть сосредоточены на поиске обретения доступного языка для диалога, проведении сопоставления парадигм, поиске общих интересов в едином гуманистическом пространстве медицинских, психологических, философских, социальных, душепопечительских практик.

Секция № 4 «Биомедицина в фокусе медицинской антропологии» (модераторы: д.м.н. Хайруллин Р.М. (онлайн), д.филос.н. Курашов В.И.) В этой секции первым прозвучал онлайн-доклад проф. Р.М. Хайруллина (Ульяновск), который был перенесен с пленарного заседания (в силу технических причин) «Современная биомедицина в зеркале медицинской антропологии: кризис науки или кризис гуманитарных оценок?» ….

Доклад «Старость и здоровье в контексте их упоминания в социальных сетях» представила одна из соавторов Григорьева И.А. (в соавт. с Биккуловым А.С.; Санкт-петербург). Это выступление вызвало большой интерес собравшихся – дискуссия и обмен мнениями продолжались даже за пределами работы секции.

В выступлении Гришечкиной Н.В. (Саратов) на тему «Социальные медиаформы коммуникативного пространства болезни» рассматривался вопрос о том, что развитие социальных медиасистем затрагивает и институт медицины. В институциональном поле медицины данный процесс характеризуется возникновением новых форм организации деятельности (телемедицина, интернет-медицина, электронное здравоохранение). Всё это меняет специфику взаимодействия врачей, пациентов, участников здравоохранения. Автор приходит к выводу, что социальные медиа трансформируют коммуникативное пространство болезни, генерируя практики поиска решения индивидуальных проблем со щздоровьем.

Большой интерес и солидную дискуссию вызвал доклад на тему более связанную с биоэтикой, нежели чем с собственно медицинской антропологией, гостьи из Польши Богны Вах (Гожув Велькопольский) «Эвтаназия и самоубийство с помощью врача: между священностью (неприкосновенностью) жизни и автономией пациента».

В.И. Курашова (Казань) в докладе «Онтология семейных отношений и психосоматические риски здоровья женатых мужчин» выделил проблему рисков для психофизического здоровья женатых мужчин, определяемых такими инвариантами семейной жизни, как взаимоотношения «жена – муж», «тёща – зять», «свекровь – сноха», «золовка – невестка», которые, с его точки зрения, обязательно содержат негативный прессинг на семейный статус, психическое состояние и (в конце концов) физическое состояние женатого мужчины. Такая же постановка вопроса может быть применима к каждому из названных фигурантов семейных отношений.

Много вопросов вызвало выступление Пановой Е.Л. (Москва) на тему «Норма как “антропологическая мера” медицинского познания». Не исключено, что здесь сказалось различие в подходах к исследуемой проблеме специалистов разного профиля и возникшее взаимонепонимание на методологической почве. Целью авторского исследования было выявление механизмов формирования и развития образа человека в медицинском познании. Исследователь подчеркнула, что категории «здоровья» и «болезни» прямо зависят от понимания медицинской нормы, которая определяет границы между ними и поэтому является понятием, выражающим «антропологическую меру» в медицинском познании, а рассмотрение «нормы» как способа идентификации человека в медицине позволяет выделить три фундаментальных парадигмы медицинского познания: биоцентристкую, социоцентристкую и техноцентристкую.

В докладе Клюкиной Э.С. (Апатиты), прозвучавшем онлайн и вызвавшем живой интерес собравшихся («Здоровье детей в условиях Кольского Севера») было пордчеркнуто, что специальные исследования этого вопроса в регионе показывают: состояние здоровья детей всех возрастных групп можно оценить как неблагоприятное – отмечается рост общей заболеваемости и хронических болезней; а в структуре повозрастной заболеваемости увеличивается доля заболеваний, являющихся маркерами воздействия антропогенно загрязненной окружающей среды. Большую озабоченность вызвало сообщение автора о том, что, по данным экспертов, 1) с продвижением на север значительно возрастает патологическая пораженность, меняется структура заболеваемости, а 2) за последние годы произошли значительные «качественные» изменения в состоянии здоровья населения, отмечается рост заболеваемости по всем возрастам и фактически по всем нозологическим группам.

Секция № 5 «Медицинская антропология и антропология сознания в исследовании психического здоровья и измененных состояний сознания» (модераторы: к.м.н. (Ph.D) Молчанова Е.С., к.псх.н. Гордеева О.В.). Работа секции была начата с запланированного для пленарного заседания доклада О.В. Гордеевой «Основные принципы обращения с пациентами, пережившими околосмертный опыт: рекомендации медицинскому персоналу и родственникам (по материалам зарубежных исследований)», который вызвал – в том числе в силу своей специфической проблематики – большой интерес собравшихся и длительное обсуждение.

Секция, посвященная в целом проблематике, которая вызывает большой интерес в научном сообществе как у специалистов, так и у увлекающихся необычными феноменами, на этот раз оказалась немногочисленной. При этом запланированные доклады были довольно разнородными: от строго нейрофизиологических (Давыдов Д.М. (Москва) «Вегетативные показатели активности мозга и направленности внимания при медитацуии) до многосторонне исследующих пси-фактор (Мартинес М. (Мадрид: Испания) «Пси-фактор: традиционный и новый шаманский целительный процесс с точки зрения современного медицинского гипноза, психоанализа и социологии харизмы»).

Использование измененных состояний сознания в шаманской практике рассматривала в своем докладе Р. Релич (Москва / Хорватия) «Психофизиология ИСС: кросс-культурный анализ». Автор, проводившая полевые исследования в Бурятии (в Улан-Удэ, МРОШ «Тэнгэри»), имеет опыт работы с живой современной практикой, что позволяет ей рассматривать проблемы психофизиологии шаманов не только с опорой на существующую объемную и разноплановую литературу. Доклад вызвал неоднозначную оценку собравшихся.

Работа О.Д. Волчек (онлайн-доклад; Санкт-Петербург) «Верные звуки и слова в свете экологической психологии» посвящена необычной теме. Автор проанализировала более 2300 текстов песен и 1600 стихотворений, написанных, соответственно, в 1935–1985 и 1955 – 2014 гг. При этом в результате корреляционного анализа между среднегодовыми показателями речи и индексами геокосмической погоды были зафиксированы множественные зависимости. Исследователь сделала вывод о том, что, по-видимому, условия природной среды воздействуя на психофизиологическое состояние человека, влияют и на генерацию звуков речи и музыки. Таким образом, бессознательное единение с природной средой помогает найти верные звуки и верные слова. Далее она предположила, что схожий процесс, очевидно, происходит и у лучших народных целителей и психотерапевтов.

Секция № 6 «Неконвенциональная медицина и проблемы интеграции медицинских систем» (модератор д.и.н. В.И. Харитонова; второй модератор, представитель Эстонии, Ph.D Маре Кыйва, не смогла приехать на симпозиум) работала очень интенсивно. В ней прозвучали не все запланированные доклады, однако именно это позволило в силу ограниченности времени обсудить подробно многие важнейшие для тематики секции проблемы.

Первый доклад был озвучен онлайн из Софии. Наша болгарская коллега И. Янева-Балабанская (София), давно сотрудничающая с российскими специалистами, в том числе в рамках Ассоциации медицинских антропологов, рассмотрела законодательный аспект в отношении неконвенциональной медицины в современной Болгарии, обратив внимание на существующие проблемы, связанные с недостаточностью законодательной деятельности в этой области. Она проанализировала также существующие ошибки и нарушения предписаний в отношении выдачи документов и самой практики болгарских «лечителей».

Гостем секции, впервые приехавшим на симпозиум в Москву, был итальянский исследователь Г. Джарелли (Рим), выступивший с докладом-лекцией «Амбивалентная интеграция. Роль неконвенциональной медицины в национальной системе здравоохранения Италии». Он подробно рассказал о ситуации с различными вариантами неконвенциональной медицины в стране, о возможностях и попытках интегрирования элементов наиболее распространенных вариантов неконвенциональной медицины в систему здравоохранения.

О проблемах неконвенциональной медицины в России и сложившейся в стране общей ситуации с ее вариантами, положением отдельных частей этой «вибрирующей системы», говорила В.И. Харитонова (Москва) в докладе «Неконвенциональная медицина в современной России».

Этот разговор на российской почве был продолжен прибывшим на заседание секции президентом Российской профессиональной медицинской ассоциации специалистов традиционной и народной медицины (РАНМ), который в настоящее время является зам. Пред. Экспертного Совета по комплементарной медицине Комитета по охране здоровья Государственной Думы РФ и помощником Председателя Комитета по охране здоровья ГД (Москва) В.В. Егоровым, сообщившем о последних изменениях в законодательной практике в сфере неконвенциональной медицины в России. Присутствие В.В. Егорова позволило обсудить многие практические вопросы, связанные с функционированием неконвенциональных (альтернативных и комплементарных) медицинских практик в стране, выработать стратегию и тактику дальнейшего сотрудничества ученых и организаторов деятельности в сфере неконвенциональной медицины и здравоохранения в целом.

Второй блок докладов в этой секции планировался как рассмотрение частных случаев, примеров функционирования вариантов неконвенциональной медицины в разных странах мира. Один из докладов этого блока «“Клубы 3 2 1 – меридиан-упражнения” в Будапеште: активное здравоохранение, благотворительность и создании сообщества как части глобальной организации» был озвучен онлайн из Венгрии нашей коллегой, медицинским этнографом, давно сотрудничающей с группой медицинской антропологии ИЭА РАН и Ассоциацией медицинских антропологов К. Юхас (Будапешт). В нем, в том числе, поднимались вопросы геронтологии и организации практики поддержания здоровьесбережения для пожилых людей. Было отмечено, что в современной Венгрии (в крупных городах, в первую очередь в столице – Будапеште) активно распространяются практики китайской гимнастики разного типа или системы, формируемые на основе китайских психофизиологических тренингов. В дискуссии была обсуждена более широко тема замещения традиционных для разных стран вариантов неконвенциональной медицины и практик здоровьесбережения восточными (либо созданными на их основе).

Секция № 7 «Традиционная медицина: история и современность» (модераторы: д.м.н. В.Н. Потапов, к.м.н. М.В. Головизнин) работала в традиционном для нее с первого симпозиума составе. Часть докладов была представлена онлайн из Бурятии, традиционного для обсуждения таких проблем региона. Два доклада, связанных с бурятским регионом, были озвучены Е.А. Бартановой (Улан-Удэ). Е.А. Бартанова, будучи на протяжении многих лет одной из соруководителей Республиканской больницы восстановительного лечения Центра восточной медицины, поделилась с собравшимися опытом работы этого центра в рамках доклада «Центр восточной медицины – Тибетская медицина Бурятии в современных условиях». Во втором, коллегиальном докладе (соавторы: Матханов И.Э. (Москва / Улан-Удэ), Корсун В.Ф. и Корсун Е.В. (Москва)) «Роль эмчи-лам в сохранении традиции врачевания» Е.А. Бартанова рассмотрела интересную для современной интегративной клиники ситуацию с работающими в ней традиционно обученными эмчи-ламами, которые практикуют в ЦВМ наряду с современными врачами, использующими, например, вместо привычной для бурятской медицины пульсовой диагностики, современные приборы, фиксирующие те же показатели. Однако именно эмчи-ламы сохраняют традицию и пользуются большой популярностью у населения. В докладе был актуализирован вопрос медицинской интеграции, которому также специально посвящалось сообщение Л.А. Павловой (Москва) «Взаимодействие и взаимовлияние биомедицины и традиционной бурятской медицины на примере контактов ГБОУ ВПО Первый МГМУ им. И.М. Сеченова и ФГБУН Институт общей и экспериментальной биологии Сибирского отделения РАН».

В докладах модераторов секции Потапова В.Н. (Москва) «Традиционная медицина Востока в Московском регионе» и Головизнина М.В. (Москва) «Тибетская и европейская медицина: возможности и пределы интеграции» рассматривались общие вопросы медицинской интеграции и конкретная ситуация с распространением комплементарного типа традиционных медицинских систем в России.

Открывший заседание онлайн-доклад Д. Самуэля (Сидней: Австралия) «Аспекты здоровья в тибетской оздоровительной практике Амитаюс» заинтересовал присутствующих как экзотичностью рассматриваемого материала, так и особенностями его интерпретации.

На секции № 8 «Антропологическое и этнографическое исследование духовного целительства и народной медицины» (модераторы: д.и.н. М.М. Керимова и д.с.н. Ж.В. Савельева), было заслушано 9 докладов, два из них в режиме онлайн (из Австралии и Перу).

Желько Йокич (Австралия) выступил с докладом «Терапия методами биомедицины и шаманизма у яномамо в верхнем Ориноко». Он сопоставил шаманский и биомедицинский подходы к здоровью и болезням в племени Яномамо, обитающем в районе Верхнего Ориноко на территории Венесуэлы. Автор – известный шамановед и медицинский антрополог, много лет изучавший различные шаманские, в том числе, целительские практики. Полевую работу по сбору представленного материала он проводил в 1999 – 2000 гг. в Планатале – в здравпункте и центре Салезианской Миссии св. Франциска Сальского, основанных на берегу р. Ориноко еще в 1950 г. Важнейшая задача автора – опровергнуть некоторые из утверждений, возникших под воздействием декартовской психосоматической дихотомии, заключающейся в том, что врачи лечат физические тела, в то время как шаманы работают над душой пациента. Докладчик приходит к выводу о том, что с тех пор, как правительство Венесуэлы открыло здравпункты (в рамках программы здравоохранения) и обеспечило их медицинским персоналом, биомедицинские и шаманские способы лечения стали сосуществовать без какого-либо явного синкретизма. Яномамо не считают биомедицинскую терапию и конвенциональные шаманские методы лечения взаимоисключающими, а, наоборот, рассматривают их как дополняющие друг друга практики.

Следующие три доклада можно объединить в один блок, поскольку все они посвящены целительским традициям Перу.

Аспирантка ИЭА РАН Орлова М.О. (Москва) дважды побывала в Перу и собрала там ценные полевые материалы, используя метод включенного наблюдения. Кроме того, исследовательница в своем докладе «Особенности коммуникации пациентов и целителей в неошаманских центрах Перу» применила метод системного анализа публикаций антропологов по традиционной медицине Перу. Она проанализировала большой массив онлайн-источников и собрала 500 интервью. Сбор материала ставил целью проверку и уточнение идей, возникших в процессе наблюдений за работой неошаманского центра Нихве Рао. Перу представляет пример медицинской системы, в которой сосуществуют разные медицинские традиции, разнообразные виды народного целительства, автохтонные шаманские практики. На протяжении последних десятилетий можно наблюдать процесс возрастания интереса представителей западного сообщества к перуанским шаманским практикам и развитию медицинского этнотуризма в регионе. В докладе делается вывод о том, что, несмотря на всю противоречивость аргументов pro и contra, популяризации и практического использования аяуаски вне традиционного контекста, связанного с возможными рисками для здоровья людей, имеющийся на сегодняшний день положительный опыт терапевтического использования этого препарата свидетельствует, что продолжение интердисциплинарных исследований в данной сфере оправдано, поскольку способствует развитию медицины и психотерапии.

Садреев Р.Ф. (независимый исследователь, Перу / Москва), психолог по образованию, посвятил свой доклад «Древние целительские традиции Перу: использование аяуаски для лечения психических заболеваний и наркотической зависимости» анализу существующих в последние годы интегративных практик в исследуемом регионе и их традиционных корней. Используя метод включенного наблюдения, автор доклада собрал большой и интересный материал; на его основе он делает вывод о необходимости интеграции шаманской традиции и научной психотерапии.

В последнем докладе этой группы «Культурно-специфические синдромы в этномедицине населения бассейна Амазонки в Перу» (онлайн) перуанский исследователь Родгигес де ла Матта Сильверио (Тарапото: Перу), используя метод включенного наблюдения, пытался идентифицировать различные синдромы, акцентуированные в этномедицине, путем их описания, выделив этиологический, симптоматический и диагностический компоненты. В своей работе он также использует метод мониторинга жителей Перу и конкретно знахарей (курандейро), а также методику предварительного и последующего исследования в изучении разных способов порчи.

Кузьмин К.Г. (иеромонах Диомид)руководитель епархиального центра для наркозависимых (Брянская митрополия) выступил с докладом «Душепопечитель наркозависимых: профессия и ценности». Он представил свой путь к оказанию помощи наркозависимым и рассмотрел мотивации помощи других людей, участвующих в излечении наркозависимых.

Котынья О. – магистр антропологии из Вроцлавского университета (Польша) предложила выступление на тему «”Медицина Пророка” как форма исламской традиционной медицины». Её доклад основан на собственных полевых материалах, собранных в Йемене. О. Котынья говорила о божественной медицине в исламской традиции и конкретно о «Медицине Пророка» как форме исламской традиционной медицины, широко используемой у мусульман. Вера в то, что молитва излечивает людей, в исламе дополняется траволечением. Автор доклада остановилась на одной из форм лечения под названием Рукия – исцеление Кораном, и проанализировала ситуации, в которых все перечисленные методы не действуют.

Савельева Ж.В. (Казань) предложила собравшимся доклад на тему «Практики лечения и отношение к медицине в исламе и православии». Она подчеркнула, что для понимания особенностей отношения к здоровью представителей православной и мусульманской конфессий очень важной является проблема интерпретации болезни. В докладе на основе сравнительно-исторического метода исследуются модели объяснения причин болезни, сценарии поведения больного и его близких в контексте различных религиозных систем – православия и ислама. Была дана сравнительная характеристика оценок в отношении методов лечения конвенциональной и альтернативной медицины с точки зрения приверженцев этих конфессий. Ж.В. Савельева использовала системный анализ религиозных источников и метод включенного наблюдения (интервью с исполнителями обрядов). Исследовательница пришла к выводу, что системы религиозной медицины в православии и исламе имеют сходства и различия. Обращение к официальной медицине и способам ее лечения в исламе является первоочередной и богоугодной мерой, в православии оно должно происходить лишь после обращения к Богу и совершения таинств. Обе религиозные системы запрещают использование эстетической медицины. В православной модели занятия спортом без назначения врача запрещены, как и медицина, связанная с репродуктивным здоровьем и планированием семьи. Негативное отношение к альтернативным медицинским системам в рассматриваемых религиях аналогично.

Киньябаева Г.А. (Уфа) рассказала о «Роли народной медицины в сохранении и воспроизводстве этноса (на примере башкир ХIХ в.)» На основе комплексного подхода и системного анализа литературных источников XIX в., а также архивных материалов она рассмотрела вопросы использования средств народной медицины и их роли в сохранении и воспроизводстве башкирского этноса. Результаты анализа материалов ревизских сказок подтверждают демографическую динамику башкир, сформированную веками наработанной практикой врачевания традиционными народными методами.

Автор делает вывод о том, что большинство исследователей, занимавшихся изучением жизни и быта башкир в XIX в., признавали факт повышенной заболеваемости болезнями эпидемического характера. Это происходило вследствие голода, скученности проживания и нарастающего обнищания населения в результате проводившейся на протяжении всей первой половины XIX века социально-экономической политики царского правительства в отношении башкир, а также вследствие увеличения общей и детской смертности. Однако практика врачевания средствами этномедицины, применение охранных мер в отношении материнства и детства способствовали выживанию и сохранению этноса в критические периоды истории.

Стадник Ю.А. (Санкт-Петербург) предложила собравшимся доклад на тему «Этиологические представления семейских». Экспедиционные исследования, проходившие в 90-е гг. ХХ в. в селах старообрядцев Бурятии (этноконфессиональная группа семейские), показали бытование у них традиционных народных представлений о причинности болезней. При интервьюировании забайкальским старообрядцам задавались вопросы о том, почему возникает то или иное заболевание. Прежде всего, собирался полевой материал о болезнях, которые подлежат магическим способам лечения. Это – боли в руках, водянка, грыжа, зубная боль, испуг, «кила», боли в животе («колотти»), наружное кровотечение, рожа, ячмень, порча. Проведенное исследование показало, что представления семейских о возникновении заболеваний вписываются в выявленную учеными систему подобных воззрений у разных народов. Большинство болезней, в лечении которых используются магические способы и средства, имеет мифологическое объяснение своего происхождения.

В рамках данной секции в процессе работы возникали недопонимания между врачами и этнологами, было принято решение, что на следующем симпозиуме медицинских антропологов будут приветствоваться совмещенные доклады – медиков и этнологов, таким образом удастся верифицировать данные этнологии и извлечь рациональное зерно из исследований медицинских антропологов.

Секция № 9 «Конституционология и медицинская экология» (модератор д.м.н. Е.Н. Комиссарова; вторая модератор д.б.н. Н.Х. Спицына на заседании не присутствовала) оказалась малочисленной: из 13 заявленных докладов прозвучали в силу различных обстоятельств только 5 (присутствовали и участвовали в дискуссиях до 15 человек).

Понятие «конституция человека» объединяет все свойства организма; с ней связаны здоровье, жизнестойкость, сопротивляемость, темпы роста и созревания, работоспособность, продолжительность жизни. Сегодня учение о конституции человека имеет своей методологической платформой представления В.С. Мерлина (1988) и его школы об интегральной индивидуальности человека, достижения системного анализа, убежденность в интегральной социальности человека при полном раскрытии его биологических особенностей. Учение о конституции может и должно сделаться основой комплексных междисциплинарных исследований проблемы человека. К фундаментальным аспектам о конституции относятся попытки выяснения внутренних связей между частными конституциями, а также любой из них, и структурно-функциональными состояниями организма.

В докладе Михель И.В. (Саратов) «Здоровье и среда обитания в условиях биопиратства: анализ идей Ванданы Шивы» проанализированы разновидности биопиратства: ГМО, наркотики, биологические формы рабства, а также показано, как идеи Ванданы Шивы реализуются в Индии. Автором были изложены взгляды индийской исследовательницы Ванданы Шивы, касающиеся социальных, культурных, экономических и экологических последствий распространения биотехнологий в развивающихся странах. Новый этап глобализации, характеризующийся режимом свободной торговли, сопровождается не только продажей генетически модифицированных продуктов, но дальнейшим сокращением биоразнообразия, распространением болезней среди растений, сокращением традиционных источников питания и, как следствие, проблемами в сфере здоровья среди населения. Участники заседания секции отметили актуальность исследования в связи с безопасностью для Российской Федерации. Доклад вызвал интерес по вопросам использования ГМО в нашей стране.

Доклад «Тип конституции как ведущий фактор в биологическом созревании человека» был представлен группой исследователей. Авторы – Панасюк Т.В. (Москва), Комиссарова Е.Н. (Санкт-Петербург), Сазонова Л.А. (Великие Луки) – показали, что индивидуализация в охране здоровья населения, прежде всего, подразумевает изучение современного человека и изменчивость его здоровья в зависимости от возраста, пола, конституции и т.д. С возрастом наследственная обусловленность морфологических показателей организма значительно повышается и начинает играть ведущую роль в темпах и характере созревания. На основе методов многомерной статистики (факторный анализ, каноническая корреляция и др.) маркерами биологической зрелости девочек 7–17 лет могут быть: соматотип, пропорции тела и пальцевая дерматоглифика. В дискуссии по докладу приняли участие все участники заседания секции, отметив актуальность применения индивидуально-типологического подхода в педиатрии, в процессе обучения детей и подростков, а также в практике физической культуры и спорта молодежи.

Доклад «Конституциональные особенности мужчин и женщин второго зрелого возраста как основа здоровьесберегающих технологий» также был представленный группой исследователей. Его авторы Комиссарова Е.Н. (Санкт-Петербург), Родина М.В. (Старая Русса), Сазонова Л.А. (Великие Луки) предложили к рассмотрению результаты исследования соматотипологической характеристики мужчин и женщин второго зрелого возраста. Вниманию слушателей впервые были представлены морфофункциональные различия соматотипов мужчин и женщин второго зрелого возраста и определены математические модели прогноза физического развития для мужчин и женщин второго зрелого возраста с учетом телосложения. Исследователями изучены взаимосвязи морфологических показателей с функциональным состоянием дыхательной и сердечно-сосудистой систем в структуре физического развития у мужчин и женщин второго зрелого возраста различных соматотипов. Все это необходимо для разработки здоровьесберегающих технологий для замедления процессов старения и сохранения здоровья мужчин и женщин второго зрелого возраста. Участники секции отметили актуальность данного исследования в связи с информацией о повышении пенсионного возраста, эта работа является основой профилактики заболеваний не медикаментозными средствами для сохранения здоровья населения второго зрелого возраста.

Калмин О.В. и Галкина Т.Н. (Пенза) в докладе «Антропометрические особенности юношей и девушек 1988 – 1998 годов рождения» изложили результаты анализа изменений антропометрических показателей юношей и девушек в указанный период. Было показано, что ухудшение социально-экономической ситуации в России в эти годы привело к ухудшению здоровья детского населения, что нашло отражение в данных антропометрии. Авторами подробно были рассмотрены изменения компонентов массы тела в связи с астенизацией подрастающего поколения. Участники секции отметили актуальность и своевременность данного исследования. Было высказано пожелание проводить подобные работы с учетом конституционального типа исследуемых.

Разина А.О. (Москва) предложила вниманию собравшихся доклад на тему «Динамика морфо-функциональных показателей студенток с избыточной массой тела и ожирением в процессе тренировок аэробной направленности». Её исследование было выполнено с использованием современных методов и на большом фактическом материале. В нём проанализированы причины избыточной массы тела и ожирения у современных девушек. Показаны средства, методы и методические рекомендации групповых и индивидуальных занятий анаэробной направленности. Автором были использованы цифровые методы контроля за занимающимися. В предложенной работе с позиций физической антропологии и спортивной медицины обсуждался вопрос о влиянии тренировок аэробной направленности на морфофункциональные показатели студенток с избыточной массой тела и ожирением. На материалах проведенного исследования А.О. Разина показала, что изменение режима физических упражнений в сторону их активизации благотворно сказывается на весовых и функциональных показателях девушек-студенток. По мнению А.О. Разиной, организация занятий лечебной физкультурой в отечественных вузах должна строиться с учетом результатов данного исследования. Доклад вызвал большой интерес: участниками дискуссии были отмечены своевременность и актуальность исследования в «борьбе» с современной гиподинамией (образ жизни, особенности профессиональной деятельности, использование автомобилей). Доклад имеет актуальную социальную направленность. Высказано пожелание использовать в исследовании методы соматотипирования обследованных для более адресной направленности занятий.

Все озвученные на заседании секции доклады отличались высоким научным уровнем, актуальностью, применением современных методов исследования (морфологических, клинико-физиологических, генетических, математических). Результаты исследований имеют непосредственное прикладное значение, направленное на профилактику и укрепления здоровья детского и взрослого населения нашей страны, т.е. социально ориентированы.

Участники работы секции активно высказывали пожелания чаще организовывать такие научные форумы с целью обмена информацией и опытом исследования, а также ради объединения научных школ и интеграции специалистов разного профиля в области изучения человека в рамках медицинской антропологии.

В секции № 10 «Этнофармакология, этноботаника, фитотерапия» (модераторы: д.и.н. Т.А. Воронина, к.фарм.н. Л.А. Павлова) было заявлено 9 докладчиков, но фактически только двое из них, модераторы секции, выступили с пространными сообщениями лекционного типа, тогда как все остальные – в силу нехватки времени – по сути дела, приняли участие в дискуссиях, ограничившись небольшими выступлениями по заявленным темам. Эта секция имела своеобразную сверхзадачу: организовать общий разговор-обсуждение проблем работы по изучению растений этнографами/этнологами, с одной стороны, и этнофармакологами, с другой. В ней пять докладов были предложены на темы, традиционные для этноботаники и общей этнофармакологии и четыре доклада (Воронина Т.А. (Москва) «Дикоросы Русского Севера как еда и лекарство», Фролова А.В. (Москва) «Травы и знающий в современной традиции Пинежья и Мезени», Керимова М.М. (Москва) «Сербская этномедицина: традиционные методы лечения и фитотерапия», Сатаева Л.В. (Уфа) «Растения в ритуальной практике Древней Маргианы») были сосредоточены на вопросах изучения применения трав и травяных сборов в народной традиции здоровьесбережения и траволечения.

С программным докладом «Этнофармакологические исследования: вчера, сегодня, завтра» выступила Л.А. Павлова (Москва), которая рассказала не только о развитии этнофармакологии за рубежом, но и о проводимой ею и ее коллегами работе. Эта работа ведется на базе лаборатории биологически активных соединений (НИИ фармации Первого МГМУ им. И.М. Сеченова), а также в рамках полевых исследований в Республике Тыва, где осуществляется сбор ценных лекарственных растений. По мнению Л.А. Павловой, у этнофармакологии в России хорошие перспективы, хотя существуют трудности в организации регулярных экспедиций, без которых невозможно последующее исследование биохимических, фармакологических и фармакогенетических свойств труднодоступных лекарственных растений в условиях лаборатории.

Т.А. Воронина (Москва) рассказала о дикорастущих растениях Русского Севера (Архангельская область), а также об их использовании в народной медицине и практиках питания с позиции этнографии. Как и в докладе Л.А. Павловой, ею был сделан вывод о значимости этнографической работы, социально-антропологической (этнологической) науки для сохранения тех знаний, которые традиционно обеспечивали выживание народа в условиях конкретного региона. Этот доклад был посвящен традиции сбора съедобных дикорастущих трав с целью улучшения пищевого рациона сельского населения на Русском Севере, а также для лечения болезней. Знания о том, как и с какой целью использовали то или иное растение, передавались от одного поколения к другому. Источники показали, что в XIX – начале XX в. собирательство было значительным подспорьем и восполняло нехватку витаминов. Роль естественных растительных ресурсов особенно возрастала в годы неурожаев, голодные годы и в других экстремальных ситуациях.

Употребление в пищу дикорастущих растений начиналось с весны, когда подходили к концу сделанные на зиму запасы и наиболее остро ощущалась нехватка необходимых человеческому организму витаминов, особенно витамина С. Из дикорастущих трав, используемых как лекарственные, особенно были популярны те, что помогали женщинам при долгих муках перед рождением младенца (настой листьев кипрея (краснобыльник, красноголовик, скрыпун, Иван-чай) (Epilobium angustifolium L.). Прострел боровой (Pulsatilla patens Mill.) или «стрельная трава» употребляли в виде настоя от различных женских болезней, им поили женщин во время родовых потуг. Настой травы «хмелек» (подборная) (Polygonum Convolvulus L.) женщины пили после родов, в случае сильного кровотечения. Настой из тмина – «гуньбы» (Carum Carvi L.) женщины пили при кормлении грудью детей, чтобы больше было молока. При заболевании женских органов пили также настой на воде или водке из такого растения как бронец или брунец (Actaca spicata L.), особенно ценилось растение с белыми ягодами.

Помимо дикорастущих трав, на севере во множестве собирали лесные и полевые ягоды – клюкву, бруснику, чернику, голубику, полянику, землянику и др., целебные свойства которых были известны давно. Примерно 90% всех углеводов ягод составляют легкоусвояемые сахара, главным образом, фруктоза и глюкоза. Они содержат также от 0,9 до 2,0 % свободных органических кислот (винная, лимонная, яблочная, бензойная и др.); таким образом, это всегда было надежным профилактическим средством против цинги.

В XIX – начале XX в. сбор дикорастущих растений (дикоросов) был традиционным для многих сельских жителей северного региона России. Знания о том, как и с какой целью использовали то или иное растение, передавались от одного поколения к другому. Нельзя не учитывать профилактическую пользу растений, содержащих множество натуральных витаминов. Естественные растительные ресурсы существенно восполняли недостаток хлеба в годы неурожаев, связанных с различными экстремальными ситуациями. Важную роль играли дикоросы и в лечении некоторых болезней.

Вместе с тем, нельзя не сожалеть, что традиция собирательства дикорастущих растений в начале XXI в. стала угасать. Потребительское отношение к окружающей природе привело к тому, что забыты многие ценные и полезные для здоровья дикорастущие растения, поэтому необходимо вновь обратиться к многовековому опыту наших предков.

В докладе А.В. Фроловой (Москва) «Травы и «знающие» в современной традиции Пинежья и Мезени» рассматривались особенности использования трав в народных обычаях и обрядах, в том числе лекарственных, в деревнях и селах Пинежского и Мезенского районов Архангельской области. Особое уважение заслужили те, кто обладает традиционными знаниями о дикорастущих травах и помогает своими советами людям – их в народе называют знающие. Они продолжают играть значительную роль в севернорусской деревне и остаются важной частью её жизни. Возможности знающего претерпели трансформацию и ограничены, как правило, семейными и хозяйственными рамками, по общему народному мнению, сильных знающих теперь не стало.

В докладе М.М. Керимовой (Москва) «Традиционные методы лечения в сербской этномедицине» особое внимание было уделено комплексу знаний, отражающему определенный уровень народных представлений и практических навыков, накопленных сербами на протяжении столетий. Ею были рассмотрены средства для лечения наиболее распространенных заболеваний, принципы лечения, магические практики как параллельное лечение, будут приведены названия лекарственных растений и их применение в лечении некоторых заболеваний,  варианты народных методов лечения. Как показывают исследования современных этнологов, этномедицина служит укреплению, а не разрушению здоровья сербской нации. Ее опыт, накопленный на протяжении столетий, успешно применяется в научной медицине, фитотерапевтические методы лечения используется во многих здравницах Сербии, в научных лабораториях широко и успешно исследуются малоизученные свойства некоторых растений.

На основе этой группы докладов были сделаны следующие выводы. Разумное отношение к дарам природы, правильное их использование – как в еде, так и в медицине – может существенно улучшить пищевой рацион наших современников и намного расширить круг употребляемых в виде лекарства в области этнофармакологии и фитотерапии. Можно рекомендовать распространение знаний о дикорастущих растениях в школе в составе таких учебных дисциплин как биология, география и др. с тем, чтобы дети познавали окружающую природу с практической целью. Не исключено, что приобретенные с детства знания пригодятся им в дальнейшей жизни.

В секции № 11 «Медицина в историческом и литературных контекстах» (модераторы: д.филос.н. Е.И. Кириленко и к.и.н. Е.П. Батьянова) прозвучали 5 докладов из 10 заявленных. Предметом анализа докладчиков стали методы и принципы государственной организации медицинской деятельности в России, научное медицинское знание (в частности, психиатрия) в контексте развития европейской модели науки, медицинская помощь в российских регионах, аспекты медицинской этики.

Первые два доклада были посвящены проблеме отношения властных структур и медицинской деятельности, собственно, генезису и специфике организации медицинского дела в России. Возникшая в этой связи дискуссия затронула вопросы эффективности этой исторически сформировавшейся, множественной и иерархизированной системы организации медицинской помощи в стране. В докладе Кузовенко М.Н. (Москва) «К вопросу о структуре системы здравоохранения Российской империи (1900 – 1917)» был предложен анализ дореволюционной системы здравоохранения. Автор стремился преодолеть традиционный нарратив об организации этой системы, упрощенно и сугубо в негативном ключе трактующий ее многоведомственный и децентрализованный характер. Опираясь на данные «Российского Медицинского списка», дающего дифференцированную характеристику лиц, причастных к медицинской деятельности в России в разные годы (в электронной версии, как отметил докладчик, аутентичные материалы представлены с 1810 по 1924 гг.), М.Н. Кузовенко показал, что из общего состава врачей (на 1916 год) 38 % работали в сфере государственной медицины, 26% – в сфере общественной медицины и 33% занимались частной практикой.

В докладе Сергеевой М.С. (Москва) «Нормативное регулирование медицинского дела в русском государстве» исследована динамика развития форм управления и контроля со стороны государства за медицинской сферой. До XVI века церковные власти доминировали в сфере контроля за здоровьем населения. Однако, начиная с XVI века, инициатива в этой сфере перешла к государственным структурам, которые создали систему служб, выстраивающуюся в определенной последовательности: здоровье государя, здоровье военного сословия, здоровье горожан, здоровье народа.

Доклад этнографа Батьяновой Е.П. (Москва) «Из истории фельдшерской службы в Горном Алтае» показал, что в восточные регионы империи, несмотря на их удаленность от центральных губерний России, в XIX веке проникало научное медицинское знание, благодаря подвижнической деятельности известных врачей. На основании анализа записных книжек А.П. Нелюбина докладчица воспроизвела особенности быта, традиций и привычек в сфере сохранения здоровья у населения Горного Алтая, рассмотрела особенности практической работы фельдшерской службы (А.П. Нелюбин, в частности, оказывал ежегодную медицинскую помощь примерно 800 местным жителям).

В докладе Р.С. Митрофанова (Санкт-Петербург) «Становление сравнительно-расовой психиатрии в Германской и Российской империях (конец ХIХ – начало ХХ столетия)» на основе транснациональной парадигмы анализа показана встроенность отечественной научной психиатрии в транснациональный научный и культурный контексты. На примере истории развития научных концептов, развиваемых отечественными и немецкими исследователями, на основе выявления влияния различных научных школ и направлений, личных контактов ученых разных стран показана коррелятивность важнейших тенденций в развитии психиатрии, в частности, отмечена диффузия представлений, связанных с идеями расовой гигиены, в германо-российском научном сообществе.

В докладе, подготовленном Головизниным М.В. и Булдаковой Ю.Р. (Москва) «Медицинская антропология в «Колымских рассказах» Варлама Шаламова», в центре внимания были отношения врача и пациента, фигура медицинского работника, проблема выживания, этические трансформации в ситуации лагерного быта. Авторы отметили, что до 54–55 сюжетов в рассказах Шаламова имеют отношение к медицине. Сам писатель освоил на Колыме специальность фельдшера, что позволило ему изнутри понять особенности отношений в медицинской сфере в лагерной среде. В рассказах Шаламова представлены портреты, исследованы особенности характера людей медицинской профессии, показана специфика функционирования медицинской службы в колымских лагерях. Интересно, что если в нацистских лагерях система (в том числе ее медицинский сектор) была направлена на уничтожение людей, то в российских лагерях врач нередко выступал защитником заключенных, выражая таким образом в своей профессиональной позиции общественное сопротивления социально-политическому насилию. Сломленных людей, вероятного, было больше, чем подвижников, но они были, и именно они, сохраняя верность профессии, сумели выразить нечто важное для облика российского врача: его нравственную стойкость.

Памятуя слова Фридриха Шлегеля «историк – это пророк, обращенный в прошлое», трудно переоценить значение анализа медицинских феноменов с позиции историзма, в историко-культурном контексте. В медикализированном мире медицинские тематизации и их ретроспективные интерпретации значимы для понимания не только генезиса самих структур медицинского опыта и практики. Современные медико-антропологические исследования во многом открывают возможность понимания социокультурных процессов современности. В этом контексте рассматриваемые в секции темы представляют большой интерес и для исследования, и для популяризации материалов для широкого читателя.

В рамках секции № 12 «Медицинская антропология в системе образования и подготовки научных кадров» (модераторы: д.филос.н. В.И. Моисеев, к.м.н. Ю.Р. Булдакова) были заслушаны 3 доклада. Профессор Моисеев В.И. (Москва) выступил с развернутым докладом-лекцией «Медицина как гуманитарный проект». Он подчеркнул, что медицина есть нечто большее, чем свод естественных наук, что она должна стать шире за счет гуманитарной составляющей, обращаясь к таким наукам как биоэтика, медицинская антропология и другие. В связи с этим тезисом В.И. Моисеев показал необходимость переосмысления концепции медицинского образования, до настоящего времени основывающегося на редукционистском подходе к естественным наукам, приводящем к искусственному размежеванию неразрывно связанных областей медицинского знания и образовательных дисциплин, что в итоге ведёт врача к узкому пониманию организма как механизма, болезни – как поломки, а лечения – как ремонта поломанного узла механизма. Преодоление редукционистского подхода к изучению медицинских наук, по мнению профессора В.И. Моисеева, позволит изучать процессы и явления, происходящие в организме, во взаимовлиянии и с учетом происходящего вне организма; это даст возможность всеобъемлюще понимать патогенез болезней, эффективно лечить и предотвращать их. Основой для преодоления редукционистского подхода в медицине может стать объединение философского и медицинского знаний путем обращения к философии всеединства В.С. Соловьева, позволяющей обобщить имеющиеся практические знания о человеке как биологическом и социальном, материальном и духовном существе и найти адекватные пути поддержания здоровья человека и адаптации к окружающим условиям жизни. Примеры холистической философии являют собой восточные медицинские учения, рассматривающие человека, его здоровье и болезнь во всей полноте информации о них, дающие интегративный подход к преодолению нездоровья.

Медицинская антропология, изучающая различные традиции и методы здоровьесбережения и лечения болезней, должна стать важной составляющей гуманитарного направления в медицине и занять своё место в системе медицинского образования как наука, способствующая развитию интегративной медицины будущего и существенно расширяющая границы медицинских знаний у будущих врачей, которым предстоит работать в условиях интегративной медицины.

Второй доклад «Гуманитарная составляющая в медицинском образовании», сделанный Ю.Р. Булдаковой (Москва), отразил комплекс проблем, связанных с трудностями в развитии гуманитарного направления в медицинском образовании, характерных для медицинского образования в целом. В нем речь шла, с одной стороны, о тенденции к дегуманизации профессии врача в представлении студентов-выпускников медицинского института, расценивающих её почти исключительно как экономический проект, долженствующий приносить прибыль. С другой стороны, докладчица указала на значительное сужение возможностей гуманизации медицинского образования в условиях массивного сокращения количества часов, предусмотренных на освоение программ гуманитарных дисциплин, в соответствии с образовательными стандартами ФГОС 3 и ФГОС 3+. Фактический перевод медицинского образования из очного в очно-заочное негативно сказывается также и на освоении профильных дисциплин, что снижает качество подготовки медицинских кадров в целом.

Третий доклад секции «Синдром третьего курса», сделанный М.С. Туторской (Москва), был посвящен осознанию студентом получаемых в ходе медицинского образования знаний путем проецирования их на личный опыт и состояние собственного организма как на наиболее доступное поле исследования. Переживания будущего врача, отождествляющего неполадки в собственном организме с тяжелыми и обрекающими на смерть заболеваниями, настолько драматичны, что находят свое отражение в многочисленных литературных произведениях. Автор рассмотрела такую самодиагностику и следующие за ней глубокие переживания на примере героев В. Вересаева («Записки врача») и Э. Сигала («Исцеляющая любовь») и сделала вывод, что, в той или иной мере, этап проецирования новых медицинских знаний на свой организм свойственен всем студентам-медикам, и именно этот опыт, по всей видимости, инициирует развитие у студента клинического мышления, без которого немыслима профессия врача.

Часть рабочего времени этой секции было отведено на дискуссию по вопросам возможностей образования в области медицинской антропологии. Участие в дискуссии приняли не только присутствующие на заседании секции докладчики и слушатели, но и специально пришедшие для этого заинтересованные специалисты.

Именно этот вопрос был актуализирован в ходе работы специальной секции «Медицинская антропология в системе образования и подготовки научных кадров». Участие в дискуссии приняли не только присутствующие на заседании секции докладчики и слушатели, но и специально пришедшие для этого заинтересованные специалисты. В частности, основное выступление по теме было сделано В.И. Харитоновой, обратившей внимание собравшихся на то, что в России нет такой практической специальности как «медицинский антрополог», нехватка которой в столь многонациональной, поликультурной и поликонфессиональной стране ощущается с каждым годом все сильнее. У нас возникают многочисленные проблемы в сфере здоровьесбережения из-за притока мигрантов, несущих свои культурно-религиозные привычки в отношении профилактики и лечения. Это люди, не имеющие навыков организации жизни в наших условиях, вынужденные приспосабливаться к чужому образу жизни, но порой – что совершенно естественно – не желающие принимать чуждые им традиции и медицинский этикет, не говоря уже о способах профилактики здоровья. Это и основное население страны, помимо собственных проблем в сфере здоровьесбережения и реформируемой медицины, все более значимо для себя и своих культурных привычек ощущающее: а) смену окружения и б) правил пользования медицинским обслуживанием.

Очевидно, что все это говорит о том, насколько важно для страны сейчас обратить внимание на отсутствие вспомогательного звена в оказания помощи в реабилитационной и медицинской сферах – консультантов, специализирующихся в медицинской антропологии и биоэтики. Опуская больной вопрос о том, что в медицинских вузах для будущих врачей необходимо расширить собственно гуманитарную подготовку и специальную подготовку в сфере биоэтики / медицинской этики, медицинской антропологии, выступавшая указала на более существенное, с ее точки зрения: в стране необходимы специалисты-практики – медицинские антропологи, для непосредственной работы с населением. А эту специальную подготовку можно осуществлять в рамках магистерского образования на базе, например, основного (бакалавриат) медико-психологического, в первую очередь на базе клинической психологии. Если для клинических психологов разработать специальные программы дополнительной подготовки в сфере культурной/социальной антропологии и пополнить их специальными курсами медицинской антропологии, то такая магистерская подготовка позволит им успешно осуществлять свои задачи.

Второй аспект подготовки научных специалистов в области медицинской антропологии может осуществляться (и де-факто уже существует на базе группы медицинской антропологии) в ИЭА РАН, это уровень подготовки кандидатов наук в области медицинской антропологии. Но в настоящее время требуется создание и утверждение соответствующих специальных программ интердисциплинарного характера. Высказанные В.И. Харитоновой предложения были поддержаны собравшимися на симпозиум специалистами, в том числе на итоговом пленарном заседании, где были заслушаны отчеты представителей каждой секции, выработаны основные стратегии дальнейшей совместной деятельности по формированию научного направления медицинской антропологии в рамках Ассоциации медицинских антропологов.

[1] Обзор симпозиума подготовлен на основе данных, представленных некоторыми модераторами секций. Материалы представили: Д.В. Михель, В.Л. Лехциер, А.А. Тёмкина, В.В. Беляева, Ю.А. Исаева, М.М. Керимова, Е.Н. Комиссарова, Т.А. Воронина,  Е.И. Кириленко, Ю.Р. Булдакова.

[2] Программу симпозиума (там же – состав Оргкомитета и списки участников с дополнительным данными о них)  см.  на страницах «МАиБ» и сайтах АМА и ИЭА РАН.

ФОТООТЧЕТ

IMG_20150703_184444

???????????????????????????????

056

111

???????????????????????????????

IMG_1664

IMG_1667

IMG_1675

IMG_20150703_184541

IMG_20150703_184648

P1260861

P1260865

P1260873

P1260876

P1260881

P1260894

P1260898

P1260899

P1260900

P1260912

P1260914

P1260917

P1260918

P1260944

P1260954

P1260974

P1260985

P1260986

P1260989

P1260995

P1260996

P1260997

P1270002

P1270003

P1270015

P1270017

P1270025

P1270030

P1270033

P1270041

P1270044

P1270047

P1260978

P1260981

P1270050

P1270053

P1270063

P1270068

P1270092

P1270094

P1270097

P1270102

P1270110

_DSC0985

_DSC0986

image-05-07-15-12-56-7

image-05-07-15-12-56-8

image-05-07-15-12-56-9

image-05-07-15-12-56-10

image-05-07-15-12-56-13

image-05-07-15-12-56-19

P1270117

P1270120

P1270122

P1270127

P1270135

P1270136

P1270142

P1270146

P1270148

P1270149

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *